Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

труд

Пост для приветствий и вопросов

Приветствую всех читателей моего блога!
Подробности обо мне и этом блоге читайте в профиле, а здесь можно поздороваться или что-нибудь у меня спросить, если интересно.
           
Фильм «Братство» режиссера Александра Гутмана
         
promo adam_a_nt август 25, 2016 14:20 1
Buy for 20 tokens
Вроде бы дата не круглая, а для меня - символическая. Ровно половину этого срока, 13 лет, я в Преображенском братстве =) Когда я впервые увидела братство, а это было на одном из соборов, то после личного знакомства с братьями и сестрами у меня постепенно поменялось понимание Церкви, церковной…
труд

Священник рассказал о том, как вести себя верующим во время коронавируса

https://mir24.tv/articles/16402370/kak-pravoslavnym-veruyushchim-vesti-sebya-v-usloviyah-karantina
"Не нужно бегать и скупать продукты, медикаменты и прочие товары, не нужно поддаваться панике. Но вопрос о том, что иногда попадаешь в неловкое положение, когда приходишь в магазин, а там уже ничего нет, или в аптеке не выдают лекарство, – это уже социальная проблема, вопрос к властям, которые должны заботиться обо всех людях в обществе и делать все для того, чтобы потери были минимальными. Мы надеемся на Бога, но надеемся и друг на друга, мы надеемся и на то, что что-то доброе сделают власти и разные социальные службы."
труд

Столетие революции в России отмечают Акцией национального покаяния

Зло и последствия большевизма не осознаны до сих пор, что мешает нормальной жизни российского общества, – заявил народный артист России, актер, режиссер Андрей Смирнов 19 апреля на пресс-конференции «Акция национального покаяния “Имеющие надежду”» в ИА «Интерфакс», приуроченной к столетию революционных событий в России

«Осмысления 74-летнего правления большевиков у нас не произошло. Есть отдельные люди, которые делали какие-то заявления, писали статьи или книги, но сознания нации это не коснулось. Мы носим в себе раковую опухоль, которая возникла в 1917 году», – сказал он, добавив, что большевистский режим начался «с повсеместного террора, и это до сих пор не осознано нацией».

Андрей Смирнов считает, что «мы все независимо от нашего желания созданы этим террористическим режимом», и «важнейший первый шаг, который можно сделать в акции покаяния, чтобы вскрыть эту раковую опухоль, – назвать вещи своими именами».

Читать далее
                 
труд

Как я не думала попасть на крестный ход и всё-таки на него попала

Вот уже несколько лет в Камышине 8 октября проходит крестный ход в честь небесного покровителя города Святого великомученика Димитрия Солунского. Как наш город связан с вмч. Дмитрием, можно почитать здесь.
     
Но я ни разу на этот крестный ход не попадала - то одно мешало, то другое. Прям какая-то ирония судьбы: пишу статьи про крестные ходы, выступаю с докладами, а в своем родном городе попасть на крестный ход никак не могу... И в этом году опять не получалось, надо было в это время идти в поликлинику. И вот по дороге туда - встречаю праздничный крестный ход.
       

Но надо было всё-таки успеть ко времени, поэтому я поспешила в поликлинику. Посидела там в очереди, как это принято, и после всё-таки решила зайти в храм Дмитрия Солунского. Не зря ведь в его праздник я встретилась с крестным ходом))) Да храм и недалеко.
 
Подхожу поближе к храму - а там снова тот же крестный ход! Он шел так медленно, с остановками, что я на него всё же успела и вместе со всеми пошла крестным ходом к храму. Крестоходцы пели тропарь вмч. Димитрию, Отче наш, Символ веры, звенели колокола на передвижной звоннице...


Во дворе храма был молебен. Помолилась, встретила много старых церковных знакомых.
Слава Богу за всё!
                           
труд

Грех глупости

Из "Дневников" свт. Николая Японского
             
   21 сентября/3 октября 1896. Суббота.
   Между грехами, несомненно, будут взысканы с нас и грехи глупости; совесть про то говорит, да и разум — самая первая наша способность, и если не пользуемся им, значит виноваты. По глупости ведь большая часть болезней у нас; по глупости вот и я простудился и ныне должен был скучать весь день: утром переводить не мог — голоса совсем нет, вечером ко всенощной не мог идти, боясь больше простудиться, и завтра служить не могу — сколько упущений прямых обязанностей, и все из-за глупости.
труд

СОСЕДИ САРЕПТЫ

Оригинал взят у alt_sarepta в СОСЕДИ САРЕПТЫ
МИССИОНЕРЫ ВСЕХ СТРАН, ОБЪЕДИНЯЙТЕСЬ!
Основу поселения Сарепта составили братья-гернгутеры – потомки Чешских, или Моравских, братьев, скрывавшиеся от преследования католической церкви. Одной из главных целей поселенцев (в их число входили представители Германии, Чехии, Дании, Голландии, Швейцарии) было миссионерство – обращение в христианскую веру иноверцев (калмыков, в первую очередь).
Главной деятельностью гернгутского братства является миссионерство среди язычников, и притом в таких местах, где нет миссий других исповеданий. В 1750 году братство содержало 286 миссионеров в 70 различных пунктах земного шара: среди негров западной Индии, на островах Св. Фомы, Св. Креста, Св. Иоанна, на Ямайке; среди диких племен Канады, Георгии, Гвианы, Гренландии и Лабрадора; среди кафров и готтентотов мыса Доброй Надежды и т. д. При означенных миссиях состояло новообращенных язычников 68 000 человек, тогда как само братство, во всех общинах, составляло лишь 18 000 человек.

ПЕРВЫЕ КОНТАКТЫ С КАЛМЫКАМИ
[Spoiler (click to open)]

Первые контакты гернгутеров с калмыками имели место уже в 1765 г. Важным фактором, способствовавшим развитию контактов, являлась потребность калмыцкого населения в квалифицированной медицинской помощи, получить которую на тот момент оно могло только в Сарепте. Сарептский врач И. Вир пользовался большой популярностью среди калмыков и имел среди них обширную практику. Одним из постоянных пациентов доктора Вира был зайсанг Тохмут, который впоследствии покровительствовал сарептянам, посещавшим калмыцкие кочевья и, как отмечал историк Сарепты А. Глич, «был для Сарепты важным человеком».   
Другим фактором являлась обоюдная заинтересованность в торговых связях.


БЕСПОКОЙНЫЕ СОСЕДИ
[Spoiler (click to open)]
Калмыки Большой орды, с которыми сарептяне имели оживленные торговые отношения, тем не менее, не признавали границ владений, травили хлебные поля и сенные покосы и рубили лес сарептян. Жалобы общины привели к тому, что хан орды дал Сарепте охранительную грамоту, хотя грамота помогала мало. Помимо калмыков Сарепте угрожали набеги кавказских племен: кубанских татар и кабардинцев, которые в 1769 и 1771 годах доходили до окрестностей Сарепты. Немалой угрозой Сарепте были и волжские разбойники, вооруженные шайки которых почти беспрепятственно хозяйничали на Волге и грабили население, а также бродившие в Заволжье киргиз-кайсацкие барантовщики.
Такая опасность вынудила братство окопаться с трех открытых сторон глубокими рвами и обнестись валом, с палисадами и 6 малыми батареями. Кроме того, из Царицына было прислано 12 орудий с прислугой, так что Сарепта представляла маленькую крепость. Содержать гарнизон этой крепости, понятно, стоило Сарепте немалых денег, но содержать его было необходимо, в чем сарептяне скоро убедились на деле.


ОТ НАБЕГА СПАСЛА ОТТЕПЕЛЬ
[Spoiler (click to open)]
Отношения между калмыками и сарептянами не всегда были мирными. Так, в январе 1771 г. в Сарепту прибыл зайсанг Тохмут и сообщил о намерении Большой (Торгутской) орды покинуть пределы России и переселиться в Китай, предварительно разграбив все поселения, расположенные между Царицыным и Астраханью, включая Сарепту. Торгутский тайша Бамбур намеревался, в частности, захватить в рабство и увести в Китай сарептского врача, ремесленников и всех работоспособных мужчин. Тохмут сообщил также о твёрдом намерении Малой (Дербетской) орды сохранить верность российской короне.  «Это, - отмечал Х. Зутер, - были действительно мрачные для нас дни и часы, потому что мы не знали, когда и с какой стороны на нас нападут». Однако внезапно наступившая оттепель вызвала таяние льда на Волге. Данное обстоятельство не позволило калмыкам мятежной Торгутской орды переправиться на её правый берег и атаковать Сарепту.  
Бегство богатой и многочисленной Торгутской орды имело тяжёлые последствия для Сарепты.  «Легко понять, - писал Х. Зутер, - что из-за бегства калмыков колония потеряла выгодные перспективы в отношении экономики». «Торговля, - отмечал А. Глич, - получила смертельный удар и никогда больше не процветала так, как прежде». Потеря рынка сбыта привела к резкому сокращению объёмов ремесленного производства. 

САРЕПТЯНЕ ВЫПУСКАЛИ ДАЖЕ СТАТУЭТКИ БУДДЫ
[Spoiler (click to open)]
Торговая промышленность мануфактурными и ремесленными изделиями должна была облегчить сарептянам обращение калмыков в христианство. Первое время братья ориентировались в производстве и сбыте товаров на калмыков. Торговцы вывозили свои и другие товары в Торгоутскую и Дербетовскую орды. В свою очередь, торговля привлекала калмыков, и они часто приходили к Сарепте, разбивали кибитки  в ее  окрестностях.
В воскресные дни на площади работал рынок, куда съезжались также и калмыки. Известно, что в конце ХIХ века калмыки торговали с Сарептой кроме скота - табаком-сырцом, даже горчичным зерном, сеном. Самое большое количество товаров калмыками покупалось весной, когда русские скупщики скота покупали у них скот за наличные деньги. Для калмыков было новым то, что сарептяне продавали товары за твердо установленные цены, не торгуясь. Это и хорошее качество товаров снискало Сарепте почет и авторитет.
Многие мастера Сарепты работали на заказ для калмыков: столяры делали сундуки, деревянные детали кибиток, колеса, телеги, конскую  упряжь. На гончарном заводе  Ниденталя наладили выпуск статуэток Будды.

ХРИСТОС ХОРОШО, А БУДДА - ЛУЧШЕ!
[Spoiler (click to open)]
Община избрала трех миссионеров - Нейтца, Гамеля и Мальтша, которым поручила изучить калмыцкий язык и отправиться в орду для обращения калмыков в христианство. Однако миссионеры вскоре убедились, что их проповеди не производят впечатления, так как среди калмыков исповедуется в основном буддизм, религия с осмысленной философией и моралью, без языческого фетишизма, в церемониях которой были полный порядок и гармония. Поэтому проповедь братьев мало влияла на калмыков, которые, не отрицая заслуг Христа, сравнивали его со своими бурханами и старались использовать миссионеров в целях лечебных; больные стекались к ним из разных мест орды и пользовались их врачебной помощью или покупали у них привезенные товары, но в христианство не переходили.

ЗАПРЕТ НА ПРОПОВЕДИ
[Spoiler (click to open)]
31 июля 1822 г. в Сарепте было получено постановление Министерства внутренних дел, запрещавшее любой вид миссионерской деятельности. Новообращённые калмыки были крещены по православному обряду и поселены близ Царицына. Таким образом, едва начавшейся миссионерской деятельности гернгутеров среди калмыков был положен конец. В дальнейшем, на протяжении всего XIX столетия, сарептяне поддерживали ровные отношения с калмыцким населением.
         
труд

Павел Кремер. Дело по обвинению врача

"Мне довелось увидеть и прочувствовать медицинскую помощь лагерей ГУЛАГа дважды: в 1943 году глазами вольного человека, как бы со стороны, в пятидесятые года в качестве заключенного по политическим мотивам со сроком заключения двадцать пять лет."
       
[Spoiler (click to open)]069.jpg

070.jpg

071.jpg

072.jpg

073.jpg

074.jpg

075.jpg

076.jpg

077.jpg

078.jpg

079.jpg

080.jpg

081.jpg

082.jpg

083.jpg

084.jpg

085.jpg

086.jpg

087.jpg
           

                 
Из книги Петля-2: Воспоминания, очерки, документы. / Сост. Ю.М. Беледин.— Волгоград: Комитет по печати и информации — 1994.— 400 с.
С. 134-170.
     
труд

Сарептский бальзам и тибетские лекарства

Оригинал взят у alt_sarepta в Сарептский бальзам и тибетские лекарства
Побродив по улочкам старой Сарепты, посетив выставки музея-заповедника можно познакомиться с духовной, культурной жизнью немцев-колонистов, с их бытом. История Сарепты продолжает притягивать внимание людей, удивляя талантами и достижениями сарептян. Одна из выставок музея-заповедника называется «Дом аптекаря конца XIX – начала XX вв.». Выставка не только знакомит с интерьерами аптечного зала и жилых комнат сарептского аптекаря, но и рассказывает о достижениях сарептской медицины.
                   


Сарептская аптека в XVIII-начале XX веков считалась одной из лучших в Саратовской губернии. Это и не удивительно, ведь Сарептское общество практически с самого основания колонии имело своего медика и сразу же учредило  аптеку.
Прославилась сарептская аптека тем, что в ней работали аптекари с высшим медицинским образованием, а также своим ассортиментом лекарств, подобранных по последнему слову отечественной и зарубежной фармакологии. По сведениям И. Болтина, «в Сарепте аптека небольшая, но всеми нужными лекарствами обеспечена и порядочно устроена, а при ней изрядная же лаборатория».
                 
[Spoiler (click to open)]

Другим новшеством был  аптекарский огород, на котором выращивали лекарственные травы. Эти травы служили сырьем для некоторых  гомеопатических средств, которые продавались в числе прочих препаратов.
Но не только достижениями фармакологии славилась сарептская аптека, отличаясь комплектным запасом качественных медикаментов, не уступая аптекам губернских городов. Продавались в ней и экзотические тибетские лекарства. Востоковед Руднев в 1905 году был в экспедиции в Сарепте  и вывез для выставки в Санкт-Петербург коллекцию тибетских лекарств из сарептской аптеки.
В 1823 г. колонию постигло несчастье – при пожаре выгорело более 2/3 колонии. Сгорело и здание аптеки. Для срочного восстановления она была передана в частные руки, доктору К.Ф. Яну. С 1831 г. под руководством К.Ф. Яна приступил к работе в аптеке провизор Ф.Г. Лангерфельд – химик, врач, фармацевт. В 1832 г. он выкупил аптеку у общины. Одна из заслуг Ф.Г. Лангерфельда – основание производства бальзама. Секрет изготовления знаменитого сарептского бальзама утерян, но по воспоминаниям современников, он представлял собой крепкий спиртовой напиток  зеленоватого цвета и настоян был более чем на 20 степных травах.
Бальзам использовался как лекарство от многих заболеваний для детей и взрослых в соответствующих дозах с молоком или чаем. А закончилась славная история «Сарептского бальзама» и выпускающего его завода весьма грустно. Вот что писал в своих воспоминаниях Р. Лорец: «В феврале 1917 года, когда в Сарепте узнали о произошедшей в столице февральской революции, пришли и стали громить «бальзамный завод» Лангерфельда, разбили цистерны со спиртом, а как раз была зима, спирт начал вытекать, пропитывая снег, и погромщики  кинулись  есть «спиртовой» снег. Ели, пьянели и истошными голосами орали: «Долой буржуев! Долой самодержавие!».
                    
сфи мал

Зачем здоровым людям ходить в больницу

Практическому милосердию необходимо учиться

В Санкт-Петербурге 4–6 июня прошла международная научно-практическая конференция «Социальное служение Русской православной церкви: проблемы, практики, перспективы». Заседания секций проходили в зданиях Духовной академии, Государственного института психологии и социальной работы и Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. Мы публикуем прозвучавший на конференции доклад студентки 2-го курса заочного отделения Свято-Филаретовского института Ю.Н. Антипиной «Роль каритативной практики в духовном образовании»

Image
Пасхальный подарок от студентов СФИ

Мы, студенты Свято-Филаретовского православно-христианского института, проходим каритативную практику в течение первого курса (1-го и 2-го семестра) для того, чтобы обрести навыки диаконического служения, деятельного участия в жизни людей, нуждающихся в помощи. Местом прохождения каритативной практики может стать больница, дом престарелых, хоспис, дом малютки.

В начале семестра преподаватели СФИ, кандидаты мед. наук, О.Б. Мозгова и О.А. Ермолаев, а также кандидат биол. наук Л.О. Аккуратова проводят установочные семинары с учётом тех проблем и вопросов, которые могут возникнуть у студентов в ходе практики. Большинство учащихся впервые переступают порог больницы или дома престарелых, чтобы научиться навыкам деятельного милосердия, и, естественно, сразу сталкиваются с рядом трудностей. Не всегда бывает легко понять, чем каритативное служение отличается от социального, где пролегают границы помощи больному человеку и каковы задачи, стоящие перед студентом в деле диаконического служения.

Нас учат тому, как оказать помощь больному человеку. Прежде всего это самые необходимые вещи, на которые у больного человека нет сил во время болезни: помыть, причесать, переодеть, поменять постельное бельё и памперс, побрить, постричь ногти, покормить и напоить... Когда человек становится лежачим, оказывается, что для совершения этих простых и привычных действий от помощника требуется определённое умение и знание. Этому студентов учат на практических занятиях, чтобы, придя в больницу, мы могли это делать уже самостоятельно. Но больному нужно не только это. Очень важным для него является общение – общение, которое не могут дать ему врачи, ведь у них нет на это времени, а подчас и желания. Нужно знать, что говорить тяжелобольным людям, как утешить и при этом не нарушить законов медицинской этики, не «влезть» в сферы медицинские или социальные, что сделать очень легко.

[Spoiler (click to open)]

Студенты могут вести дневники, а в конце каждого семестра они сдают преподавателям отчёт о прохождении практики. Цель отчёта – не только отразить количество и содержание пройденной практики, но и попытаться проанализировать те трудности, с которыми пришлось столкнуться, и как эти трудности были разрешены.

На зачёте по каритативной практике мы вместе с преподавателями обсуждаем эти трудности, а также делимся теми духовными открытиями, которые у нас произошли. Для этого доклада использованы фрагменты отчётов студентов очного и заочного отделений СФИ 2013–2015 годов.

Многолетнее проведение каритативной практики в СФИ показало, что чаще всего первой реакцией студента, когда он приходит в больницу, хоспис или дом престарелых, оказывается страх. Прежде всего это страх перед физической немощью и болезнью:

«Мне было безумно сложно смотреть на пациентов. Это не отвращение, не неприязнь, а какое-то недоумение. Я вдруг поняла, насколько мы все – "люди". Насколько мы немощны и беспомощны, насколько наше тело несовершенно, насколько мы на самом деле вот такие, какие мы есть, "плотские", мало в своей жизни можем. Пока ты молод, ты полон иллюзий, что ты всего в своей жизни достиг САМ. А тут я увидела, что НИЧЕГО НЕ САМ. Даже не увидела, а ощутила...»

Также возникает страх не справиться с теми вещами, которые делать неприятно:

Image
Сначала в больнице всегда чувствуешь себя неуверенно...

«...Пришлось помогать медсёстрам менять подгузники. Про себя я подумал, что один точно не смог бы этого сделать. Уже через полчаса возникла ситуация, что также надо было помочь двум больным сделать именно это. Сделал все сам. Преодолел брезгливость. Теперь я понимаю, что внутренне готов ухаживатьза родными, если возникнет необходимость, появился этот навык...»

Часто страх возникает от ощущения того, что ты чувствуешь, что стоишь перед чем-то неизвестным, необратимым, с чем-то более сильным, чем ты сам, и не понимаешь, как этому противостоять:

«...самым сильным впечатлением было осознание масштаба зла, точнее – непосредственное с ним соприкосновение. Особенно возмущает не столько физическая болезнь людей, сколько социальное зло, которое делает болезнь страшнее. Много людей оказывается в больнице по причине или пьянства, или побоев, или образа жизни, истощающего силы и нервную систему... самым трудным было наблюдение признаков безумия на фоне неврологических болезней... Видимо, это мой собственный страх – потерять разум».

[Spoiler (click to open)]

В итоге мы убеждаемся, что нет такого человека, которому было бы легко оказаться лицом к лицу с болезнью, старостью, страданием, унынием, беспомощностью, а порой и со смертью. Это требует от нас мужества. Большинство студентов отмечают, что самым важным итогом каритативной практики они считают опыт приобретения этого мужества:

«Я благодарна за полученный опыт общения с немощными и больными людьми. У меня с этим было связано много трудностей, первая из которых – страх: перед болезнью, страданием, немощью. Опыт прохождения практики поставил меня лицом к лицу с этими вещами. У болезни есть своё лицо – это лицо конкретного человека. Труднее всего было приблизиться к человеку, вступить в отношения – с человеком, который нуждается в облегчении страданий, исцелении, которые ты ему дать не можешь. Это было очень тяжело. За время прохождения практики этот страх не ушёл, но появился опыт "стояния" – когда ты боишься, но делаешь, когда страх тебя – не парализует...»

Второе, с чем мы неизбежно сталкивались, – это то, что вначале мы сами испытываем беспомощность перед беспомощностью страдающих людей. Может возникать ощущение своего бессилия: я не могу «реально» помочь, не могу облегчить боль, не могу исцелить, избавить от одиночества:

«...с общением пока трудно, т. к. если кроме обычных слов поддержки я начинала вести более серьёзный разговор, то пациенты начинали рассказывать мне о серьёзных проблемах своей жизни, решить которые я сейчас не вижу в себе сил...»

Не всегда знаешь, что сказать или чем помочь человеку, который не имеет возможности даже передвигаться или самостоятельно поесть:

«...вопрос о ценности жизни, о защите жизни встал для меня не теоретически, а практически: в чём ценность жизни человека, не способного к осмыслению окружающего мира, не способного к общению, находящегося в своей замкнутой реальности (вследствие психического заболевания), которая его мучает, пугает, раздражает, отягощённого физической немощью и страданием? Чем ему можно помочь? Чем я могу ему помочь? Для меня эти вопросы встали, но пока не разрешились...»

И часто мы испытываем укоры совести:

«...Самым трудным для меня внутренним переживанием (вопросом) был как раз недостаток сердечного участия (с моей стороны) в той помощи, которую я старался оказывать больным...»

«Мне кажется, что то, что я им даю – это несоизмеримо меньше того, что я им должен давать в связи со своим положением, ведь я здоров и у меня масса возможностей...»

Image
Студенты Богословского колледжа СФИ поздравляют пациентов Московской городской клинической больницы имени Ерамишанцева с Днём Победы

Между тем, мы понимаем, что каждому христианину важно уметь оказать помощь нуждающимся, найти для них слова утешения, а также уметь свидетельствовать о Христе. Поэтому так важно, что в институте у нас есть такая возможность – эти вопросы обсудить, вместе пережить и услышать советы тех, кто с этими трудностями сталкивался и научился их преодолевать. Они очень помогают:

«...трудно быть постоянно заботливым и внимательным, но оказывается, что чем больше думаешь о человеке, которому нужна твоя помощь, то всё остальное – запахи, неприглядный вид ит. д. – отходит на второй план...»

«...для пациента важно убедиться, что ты – живой, существующий человек и ты интересен – это для него твёрдый шаг к выздоровлению. Он это чувствует, когда я его слушаю...»

«...Важно было научиться не только милосердию, но и трезвенности. Необходимо быть внимательным к состоянию больного человека, чтобы не переутомить его и не взвалить на него непосильную ношу, не дать ложных надежд. Можно молча сидеть рядом и гладить по руке, всё равно пребывая в пространстве общения, не оставляя его один на один с его страданием. Главное, чем может поделиться христианин со страдающим человеком, это подлинный мир, который дарует верующему человеку Господь. Для этого студентам важно приходить в больницу в мирном состоянии, с молитвой и с благодарностью Богу за возможность, которую Он даёт – вот так послужить Ему и ближним...»

[Spoiler (click to open)]

В заключение хочется сказать, что итоги каритативной практики для каждого из студентов становятся своими. Для кого-то из студентов каритативная практика станет служением милосердия, для кого-то – нет. Важно, что перед каждым студентом открывается тот следующий шаг, который он может сделать на пути к ближним и к Богу:

«Я встретила в больнице и заботливых жён, и не менее заботливых мужей, но ещё встретила детей, сестёр, братьев, которые находились просто в оцепенении, они так же, как и я, не могли даже прикоснуться к своей маме, сестре, брату, отцу. Я их очень понимаю, слава Богу, удалось никого не осуждать, но, честное слово, в себе очень хочу это преодолеть...»

Важно, что на всю жизнь с нами остаётся бесценный навык усилия одного человека найти своё место рядом с другим, страдающим:

«...я обрела опыт подлинной встречи с человеком. Когда-то это было продолжительное общение, когда-то - две-три реплики, а иной раз – один взгляд, но в котором совершилось самое главное...»

Безусловно, важно, что мы меняем своё отношение к медицинскому персоналу, преодолевая отчуждённость и избавляясь от осуждения:

«...Кто эти люди, по каким мотивам идут на такую работу? Я перестала осуждать тех сотрудников больницы, которые кричат на пациентов, т. к. поняла, что не имею их опыта, чтобы судить. Одно дело, когда идёшь туда на несколько дней практики, другое дело – когда выбираешь это как ежедневный труд, профессию. Даже если что-то кажется не идеальным, другого пока нет. Те люди, которые трудятся сейчас в больнице, – дело своё делают, других нет, да и не каждому это по силам... Не осуждаю родственников, которые отдают в такие заведения своих престарелых слабоумных родственников (тем более знаю, что некоторые из них регулярно посещают их и не оставляют без внимания)...»

Важно, что мы утверждаемся в безусловной ценности каждого человека для Бога:

«Слава Богу за продолжение практики в этом семестре, особенно за то, что разрешились мои сомнения по поводу ценности жизни людей, лишённых разума. Я рада, что смогла найти ответы в общении с ними. Я смогла просто быть рядом с людьми, независимо от того состояния, в котором они находились... меня поражало, что психически больные пациенты очень отзывались на уважительное отношение и говорили слова благодарности. Способность благодарить не зависит даже от способности адекватно соображать: человек не понимает, кто он, где он, даже не понимает своих вкусовых ощущений, но при этом понимает и воспринимает заботу о себе и испытывает и выражает благодарность... Человек разумный – это человек благодарящий...»

И мы убеждаемся, что Господь может сделать нас милосерднее:

«...Только в последние 3–4 посещения больницы у меня сложилось ощущение радости, внутреннего удовлетворения от служения, а в первые разы это было как из-под палки, с внутренним сердечным сопротивлением и ропотом. Слава Богу за этот интересный и уникальный опыт! Главное то, что Господь меняет нас, наше сердце, если мы готовы отвергнуть себя и пойти делать то, что угодно Ему. Это самый главный урок, который я вынес из каритативной практики на данный период времени. Посмотрим, что будет дальше...»

И что самое удивительное, благодаря этой практике мы научаемся жить в Церкви, ведь «Церковь – это преодоление одиночества», и «Церковь, – как говорил С.И. Фудель, – стояние у Креста», а значит, и опыт Жизни, которую дарует нам Господь.

Таким образом, каритативная практика помогает нам укрепляться в вере, соединять веру с жизнью, учит видеть в любом человеке образ Божий. А это даёт нам силы, вдохновение для жизни, учёбы и помощи страждущим.

Юлия Антипина

Кифа № 7 (193), июнь 2015 года

                       

труд

Преподобный Павел, врач из города Коринфа

Преподобный Павел, врач из города Коринфа, в юности принял постриг в одном из монастырей. Здесь святой много трудился и стал опытным подвижником.
 
Однажды преподобный Павел, по демонской злобе, был оклеветан женщиной. Она принесла в монастырь новорожденного младенца и сказала, что родила его от монаха Павла. Старец со смирением и радостью перенес клевету, не отрекался и принял младенца, как родного сына. Когда святого стали укорять за нарушение иноческого обета, преподобный Павел сказал: "Братия, спросим младенца, кто его отец!". Новорожденный, указав рукой на кузнеца, произнес: "Вот мой отец, а не Павел монах". Увидев это чудо, люди поклонились старцу, прося прощения. С этого времени преподобный Павел получил от Бога дар исцеления болезней, отчего и был назван врачом. Скончался преподобный Павел 70-ти с лишним лет.