Он воскрес! (adam_a_nt) wrote,
Он воскрес!
adam_a_nt

Россия против большевизма (часть VIII)

Кандидат исторических наук К. М. Александров представляет на страницах сайта центра «Белое Дело» краткий курс истории российского антибольшевистского сопротивления.


В конце 1939 года генерал-лейтенант Николай Головин, как и другие чины РОВС, внимательно следил за исходом неравного противоборства на Севере Европы. Финляндия в одиночку сдерживала натиск четырех советских армий, обладавших абсолютным превосходством в авиации, бронетехнике, артиллерии и ресурсах. Тем не менее, к концу декабря 1939 года на Карельском перешейке все попытки обескровленных войск 7-й армии командарма II ранга Кирилла Мерецкова прорвать «линию Маннергейма» закончились неудачей. На ухтинском направлении, где пытались развивать наступление вглубь территории Финляндии войска 9-й армии комкора Василия Чуйкова, финны в боях 27–30 декабря в районе Суомуссалми разгромили 163-ю стрелковую дивизию «военспеца» комбрига Андрея Зеленцова — «военспеца» из старой армии — и готовили операцию по уничтожению 44-й стрелковой дивизии полковника Алексея Виноградова.

Ученый хорошо знал фельдмаршала барона Маннергейма по совместной службе в первые месяцы кампании 1914 года — Л.-гв. Гродненский гусарский полк, которым командовал Головин, входил в состав отдельной гвардейской кавалерийской бригады генерал-майора Маннергейма. Теперь Николай Николаевич полагал, что привлечение финским командованием «активистских» организаций русской эмиграции придаст советско-финляндской войне особый характер и откроет новые возможности для борьбы против большевиков при участии противников сталинской власти из числа бойцов и командиров Красной армии.

Наиболее энергичной и динамичной организацией Русского Зарубежья Головин считал Национально-трудовой союз нового поколения (НТСНП). Отделом НТСНП во Франции руководил Владимир Поремский, бывший одесский скаут и сын офицера 7-го стрелкового полка 2-й стрелковой бригады. Поремский просил ученого о помощи в подготовке акций Союза в Финляндии. 29 декабря 1939 года Головин обратился к фельдмаршалу Маннергейму с письмом, в котором рекомендовал НТСНП главнокомандующему. Николай Николаевич просил разрешить членам союза действовать с территории Финляндии, чтобы вызвать среди «подсоветских» людей политическое брожение и антисталинские выступления вплоть до повстанческого движения.

[Spoiler (click to open)]

«Париж, 29 декабря 1939 г.

108 rue Michel-Ange (XVI[округ])

Ваше Высокопревосходительство,

Глубокоуважаемый Густав Карлович

Начинаю мое письмо к Вам с выражения восторга перед доблестью финского народа, который под Вашим водительством показывает сейчас всему миру пример высочайшего героизма.

В свое время, командуя в Вильманстранде русским 20-м Драгунским полком, я смог лично оценить высокие качества Вашего народа. Посему я принадлежу к тем русским националистам, от всей души и полностью признающих право Финляндии на независимость, ныне ею так мужественно защищаемую. Как русский ура националист я не могу признать в акте нападения Сталина на Финляндию проявление русской национальной политики. Я продолжаю считать, как в 1919 году, что свержение большевицкого ига на моей родине является единственным радикальным средством для создания в восточной Европе условий мирного сосуществования и развития свободных народов.

Исходя из этой мысли, я позволяю себе рекомендовать Вашему вниманию одну из наиболее полезных организаций, создавшихся в русской эмиграции. Эта организация — “Национально-Трудовой Союз Нового Поколения” создана нашей патриотически настроенной молодежью. Она не задается фантастической целью сформировать заграницей какое-то новое русское правительство, а стремится лишь к одному: помочь русским народным массам собственными силами сбросить ненавистную большевицкую власть.

Может быть Вы найдете полезным разрешить им использовать для их деятельности Финляндию как базу. Если же Вы сочтете возможным оказать и техническую помощь, то отдача их работы значительно возрастает.

При сем прилагаю краткую справку о задачах и плане работы рекомендуемой мною организации, а также о возглавляющем ее личном составе.

Пользуюсь случаем просить Вас, Глубокоуважаемый Густав Карлович, принять мои наилучшие пожелания к наступающему 1940-му году и уверения в глубоком моем уважении и преданности».

К сожалению, ответ Маннергейма нам неизвестен, но вряд ли он был оптимистичным. 6 января 1940 года начальник РОВС генерал-лейтенант Алексей Архангельский обратился с письмом к начальнику Финляндского подотдела союза капитану Федору Шульгину. Архангельский спрашивал Шульгина о состоянии и местонахождении чинов союза в Финляндии, об отношении к белым русским со стороны финнов («Осталось ли прежним или под влиянием ненависти к красным, изменилось в худшую сторону?»). Получая от многих чинов союза рапорта о готовности служить в рядах финской армии, Архангельский возлагал на Шульгина обязанность встречать прибывающих добровольцев, так как «всякое содействие финнам в их борьбе с большевиками, признавалось и признается крайне желательным».

Однако в тот момент финское командование по политическим мотивам не считало возможным принимать предложения, поступавшие от русских эмигрантских организаций. Например, личный представитель Маннергейма генерал-лейтенант Оскар Энкель писал Архангельскому о том, что финская армия в существовавшем положении не может принимать на себя других задач, включая развязывание гражданской войны в СССР. Кроме того, Энкель опасался, что возобновление вооруженной борьбы «белых» против «красных» нанесет ущерб национальной консолидации финляндского общества. Вместе с тем Маннергейм советовал Архангельскому ждать, намекая, что ситуация может измениться и в будущем откроются другие возможности.

Ситуация изменилась весьма скоро — в середине января 1940 года, вероятно, в связи с тем, что надежды финского военно-политического руководства прекратить разорительную и кровопролитную войну при посредничестве нейтральной Швеции не оправдались. За первые полтора месяца боевых действий Красная армия понесла огромные потери, но СССР не собирался прекращать агрессию. Поэтому Маннергейм согласился предоставить РОВС возможности для проведения своей акции в Финляндии и принять представителя НТСНП. От «новопоколенцев» из Франции в Финляндию выехал Аркадий Столыпин, сын Петра Аркадьевича. Члены НТСНП предлагали французским военным подготовить выброску десанта в районы концлагерей НКВД в Карелии, но дерзость замысла смутила союзников. Позднее Маннергейм признавал авторитет Столыпина-младшего, отметив его участие в судьбах советских военнопленных.

Генералы Алексей Архангельский и Владимир Витковский организовали поездку в Финляндию из Франции через Швецию Бориса Бажанова, в чье распоряжение поступили подчиненные Шульгина. Так, например, офицером РНА стал Владимир Бастамов — бывший боевик генерала от инфантерии Александра Кутепова и Марии Захарченко-Шульц, подпоручик РОВС в кадрах Марковской артиллерийской бригады. Кроме того, русские служили в рядах финской армии — корнет Лабинский, член НТСНП Куксинский и другие. Из Великобритании прибыл летчик-истребитель князь Эммануил Голицын, зачисленный в учебно-тренировочную эскадрилью. В феврале на фронте погибли братья Алексей и Юрий Феоктистовы.

Замысел Бажанова и Шульгина заключался в том, чтобы создать несколько подразделений из военнопленных под общим названием «отряды Русской народной армии». Они должны были выступить на фронте и затем «обрастать» перебежчиками, постепенно расширяя оперативную зону. Планировалась и заброска партизанских групп в прифронтовой советский тыл. Маннергейм отнесся к затее скептически, полагая, что еле живые военнопленные, чудом избежавшие смерти, не пожелают вновь отправляться на фронт. Но Бажанов верил в свои способности — и привлекательность агитации против сталинских колхозов и НКВД.

В период с 20 января по 9 февраля Бажанов посетил лагеря военнопленных в Pelso и Köylio, в которых беседовал с бойцами и командирами РККА. Главные политические тезисы «отрядов Русской народной армии» звучали так: ликвидация власти Сталина, роспуск колхозов и передача земли крестьянам, свободный труд для рабочих и их участие в прибылях предприятий. «Верно, что массы населения (крестьянство, рабочие, служащие) относятся враждебно к власти — писал Бажанов 25 января в отчете, составленном по результатам первых собеседований. — В последние годы стали вполне ненадежны и правительственный аппарат, и основные кадры Красной армии <…> В армии произошла сильная дифференциация: в общем поднята надежность офицерских кадров; красноармейская масса лишилась людей, преданных власти, и стала сплошь ненадежной и небоеспособной. Но и, по меньшей мере, половину офицерского состава надо рассматривать как ненадежную и пассивную; часть их после сравнительно небольшой пропагандной обработки может стать активными противниками режима».

В лагере в Pelso в итоге бажановской акции к 12 февраля в отряды РНА записались 550 пленных. Из них Бажановым и его соратниками были отобраны около трехсот человек. В специальном лагере планировалось подготовить 150 бойцов — первые 5 отрядов (взводов) для применения на фронте. В листовке, обращенной к красноармейцам, и распространявшейся в начале марта в Северном Приладожье, командование и военнослужащие РНА заявляли:

«Советская власть нас кругом обманула… Нас оторвали от семей и послали погибать за то, чтобы советская власть смогла бы ограбить финского крестьянина и финского рабочего, так же, как она ограбила русских <…> Завтра один из наших отрядов вступит в соприкосновение с патрулями вашей разведки и охранения. Вы нас сейчас же узнаете — мы сохранили свое старое красноармейское обмундирование. Не стреляйте в нас. Вступайте в переговоры с нашими ребятами — они были таким же красноармейцами как вы, и они вам объяснят правду».

До конца войны отряд капитана Киселева успел принять участие в частной боевой операции. Она состоялась между 2 и 4 марта севернее Ладожского озера, в полосе войск IV армейского корпуса генерал-майора Юхана Хегглунда. Бажановцы выдержали экзамен. Они  выполнили поставленную задачу и вернулись с перебежчиками, число которых, по некоторым сведениям, возможно преувеличенным, достигало двухсот человек. По отзыву генерала Архангельского, действия отряда оказались успешными, «он привел с фронта красноармейцев в числе, превышающем значительно его состав, — все они также пожелали перейти на сторону русского народного отряда». Московский мирный договор 1940 года положил конец «акции РОВС» в Финляндии.

Документы НКВД позволяют нам говорить о том, что протестные настроения в Красной армии сохранялись практически до июня 1941 года, несмотря на постоянные «изъятия» органами НКВД из среды военнослужащих «антисоветских элементов». Некоторые красноармейцы привезли с фронта финские листовки, которые давали читать знакомым (620-й стрелковый полк 164-й стрелковой дивизии, Северо-Кавказский военный округ). Особистами вновь фиксировались резкие высказывания бойцов против колхозной системы, отмечались факты «контрреволюционной агитации» среди сослуживцев. Красноармейцы, курсанты и младшие командиры, уличенные в подобных заявлениях, как правило, репрессировались. В таком противоречивом морально-политическом состоянии Красная армия встретила войну с Германией.

См. также:


источник
                   

                     
Tags: 1917, война, идеология, история, кирилл александров, ложь, память, репрессии, россия, террор
Subscribe

  • Читаем Послание Колоссянам

    Глава 4 Притчи 15 1 Кроткий ответ отвращает гнев, резкое слово вызывает ярость. ... 16 Лучше иметь немногое и бояться Господа, чем обладать…

  • Читаем Послание Колоссянам

    Глава 3 Притчи 14 10 Только сердце человека знает его печали, и радости его другим не разделить. ... 13 Бывает, среди веселья опечалится сердце, и…

  • Читаем Послание Колоссянам

    Глава 2 Притчи 13 12 Несбывшаяся надежда — боль сердца, а исполненное желание — древо жизни. ... 25 Кому жалко розгу, не жалко сына, а…

promo adam_a_nt august 25, 2016 14:20 1
Buy for 20 tokens
Вроде бы дата не круглая, а для меня - символическая. Ровно половину этого срока, 13 лет, я в Преображенском братстве =) Когда я впервые увидела братство, а это было на одном из соборов, то после личного знакомства с братьями и сестрами у меня постепенно поменялось понимание Церкви, церковной…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments