Он воскрес! (adam_a_nt) wrote,
Он воскрес!
adam_a_nt

«С нами произошло чудо...»

В прошлом номере «Кифы» мы рассказывали о конференции по истории катехизации, прошедшей в Санкт-Петербурге в начале мая. Сегодня мы, как и обещали, печатаем материалы круглого стола, посвященного 1980-м годам

Юлия Балакшина: Задумывая эту конференцию, мы решили заглянуть в историю того, как оглашение на нашей петербургской земле начиналось, как развивалось, какие формы, какие принципы на разных своих этапах имело. Конференция построена по хронологическому принципу. Мы начнем с середины XIX века, потом поговорим о рубеже XIX-XX веков и, наконец, переместимся в более близкие нам 1980-1990-е годы. И я надеюсь, что в конце у нас будет время и найдется слово и у тех людей, кто занимается катехизацией сейчас. Может быть, не для того, чтобы целостно делиться опытом - для этого есть другое время и другое пространство - но для того, чтобы просто сказать о том, что для каждого является внутренним импульсом, который подвигает сейчас, сегодня заниматься оглашением, катехизацией. В мае этого года исполняется двадцать лет с тех пор, как наше Свято-Петровское малое православное братство стало участвовать в оглашении в Санкт-Петербурге. Этот маленький юбилей стал еще одним поводом для организации конференции.

И еще хотелось бы сказать перед тем, как мы приступим к нашей программе, что сегодня особый день - день рождения владыки Михаила (Мудьюгина) (конференция проходила 12 мая - ред.). Это был человек, который был дорог очень многим, многие из нас его лично знали и хорошо помнят. И он очень трепетно и благоговейно относился к процессу катехизации. Он благословил издание «Катехизиса для оглашаемых» и «Катехизиса для катехизаторов». И я думаю, если мы наше сегодняшнее собрание посвятим его памяти, это будет правильно.

30 лет спустя
30 лет спустя. Слева направо: проф. Александр Копировский, проф.-свящ. Георгий Кочетков, прот. Александр Степанов, Юлия Большакова, Лариса Козловская

Сейчас слово «оглашение» стало привычным, понятным и даже для некоторых пугающим. Я обнаружила в интернете список храмов Санкт-Петербургской епархии, в которых можно креститься без оглашения. Оказывается, люди ищут такие храмы. В 1970-1980-е годы было совсем по-другому, стремление к сознательному воцерковлению было движением самого церковного народа. Проходить научение вере в то время было очень опасно, потому что оно преследовалось органами КГБ.

Мне хотелось бы всем вам задать вопрос: что вдохновляло тогда на оглашение? какими принципами люди руководствовались? как это было и что это было для вас в вашей личной жизни?

[Spoiler (click to open)]

Александр Копировский: Одно из чудес, настоящих чудес в моей жизни, в нашей общей жизни, было то, что мы с о. Георгием оказались в Петербурге (тогда - Ленинграде) в один год совершенно независимо друг от друга. Он поступил в Духовную академию, а я неожиданно для себя получил приглашение преподавать в ней церковную археологию. Я приезжал для этого раз в неделю из Москвы, а потому присутствовал и на некоторых огласительных встречах. С оглашаемыми и с потенциальными оглашаемыми мне приходилось встречаться также на тему церковного искусства и вообще искусства, водить их, например, в Эрмитаж... Это было очень хорошее живое общение, совершенно естественное. Не просто шли беседы об искусстве, была важна сама атмосфера, в которой что-то открывалось: атмосфера открытости ко всему - к культуре, к искусству, к философии, к богословию. Оглашение было связано с насущными проблемами того времени. И эту естественность общения тогда поддерживала Академия: её ректор владыка Кирилл, преподаватели... Это был процесс, захватывавший всех. Не один человек что-то делал - это касалось самых разных людей, как и должно быть в Церкви. Ведь оглашение - не аналог светского обучения, натаскивания, овладения информацией. Это вхождение в церковную жизнь через все стороны обычной жизни.

Вы ведь и стихи читали на оглашении...

Александр Копировский: Читал... Помню, как пришлось говорить о Тютчеве. Все знают, что это был не просто выдающийся поэт, но что у него много глубоких стихотворений о вере. А я однажды наткнулся на его четверостишие - раннее, начала 1820-х годов - совсем другого содержания. И прочитал его на огласительной встрече:




«Не дай нам духу празднословья!»
Итак, от нынешнего дня
Ты в силу нашего условья
Молитв не требуй от меня.



Вот с чего он начинал! Вполне по-хулигански, в соответствии со своим 17-летним возрастом ...

Ну, а после этого, для контраста, я читал его стихотворение 1851 года «Наш век», все его знают:




Не плоть, а дух растлился в наши дни,
И человек отчаянно тоскует...
Он к свету рвется из ночной тени
И, свет обретши, ропщет и бунтует.
Безверием палим и иссушен,
Невыносимое он днесь выносит...
И сознает свою погибель он,
И жаждет веры... но о ней не просит...
Не скажет ввек, с молитвой и слезой,
Как ни скорбит перед замкнутой дверью:
«Впусти меня! - Я верю, Боже мой!
Приди на помощь моему неверью!..»



Читать далее: КИФА №76(177), июнь 2014 года


Tags: александр копировский, история, катехизация, о. александр мень, патриарх кирилл, церковь
Subscribe

promo adam_a_nt august 25, 2016 14:20 1
Buy for 20 tokens
Вроде бы дата не круглая, а для меня - символическая. Ровно половину этого срока, 13 лет, я в Преображенском братстве =) Когда я впервые увидела братство, а это было на одном из соборов, то после личного знакомства с братьями и сестрами у меня постепенно поменялось понимание Церкви, церковной…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments