October 23rd, 2016

труд

Воскрешение сына Наинской вдовы

Проповедь

Священник Георгий Кочетков

Из слова на литургии (Гал 1:11-19, Лк 7:11-16)


21 октября 1990 г.

Мы сейчас слышали два отрывка - из послания апостола Павла и из евангелия от Луки.

В послании звучали слова о том, что апостол Павел был "неумеренным ревнителем отеческих преданий" и поэтому стал гонителем Церкви Божией. Господь, тем не менее, за великую ревность Павла о правде, о Боге, явился ему Сам и призвал его свидетельствовать об Истине, что Христос пришел и спас нас.

После этого Павел не пошел советоваться "с плотью' и кровью", т.е. с людьми, даже святыми апостолами, он отправился в Аравию, как бы в пустыню. И три года ему понадобилось, чтобы выйти из этой пустыни. Мы тоже нуждаемся в такой пустыне для укрепления и, выйдя из нее, должны свидетельствовать о Господе Иисусе Христе в Духе и силе.

Далее в евангелии от Луки говорится об одном из трех воскресений, которые Господь совершил во время Своего земного служения. Почему Он воскресил юношу - сына вдовы Наинской? Потому что сжалился над его матерью, плачущей и рыдающей.

Чего нам часто не хватает, чтобы делать дело Божие? Мы часто не видим людей вокруг нас, не сострадаем им. Нам не хватает жалости к этим людям. К сожалению, сейчас это понятие дискредитировано. А жалость - это проявление сострадания и, значит, Любви. Если бы Господь не сострадал, Он бы не воскресил юношу, - ведь Он был не "обязан" творить чудеса.

Народ оценил то, что Господь сделал. Народ оказался способным воспринять то, что многие сейчас воспринять не способны. "Всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой" (Лк. 7,16). Мы тоже, братья и сестры, надеемся, что Господь посылает боговдохновенных пророков и к нам, Великие святые находятся и среди нас. Бог посещает нас чаще всего через наших близких, родных, через тех, кто стоит рядом с нами в одном храме. Чего же нам не хватает? Только того страха Божия и той славной радости.

Господь дает нам все даром, а мы часто забываем даже благодарить, поэтому и не возвещаем дела Божий в наше время. А надо возвещать, так как Господь творит их в стране нашей и во всем мире Своем. Давайте не дожидаться, пока Господь начнет воскрешать мертвых между нами, но благодарить Бога за каждое посещение Его благодатию, за милость к церкви нашей, столь расслабленной ныне, к народу, еще не вставшему с колен. Будем же благодарны Богу "о всех и за вся".

Аминь.

"Православная община" №4, 1990 год

Другие проповеди на этот день:

Протоиерей Всеволод Шпиллер: Воскрешение сына Наинской вдовы

Другие проповеди на этот день:

Митрополит Антоний Сурожский: Воскрешение сына наинской вдовы
                    
promo adam_a_nt august 25, 2016 14:20 1
Buy for 20 tokens
Вроде бы дата не круглая, а для меня - символическая. Ровно половину этого срока, 13 лет, я в Преображенском братстве =) Когда я впервые увидела братство, а это было на одном из соборов, то после личного знакомства с братьями и сестрами у меня постепенно поменялось понимание Церкви, церковной…
труд

Россия против большевизма (часть I)

Кандидат исторических наук К. М. Александров представляет на страницах сайта центра «Белое Дело» краткий курс истории российского антибольшевистского сопротивления.


25–26 октября 1917 года власть в российской столице вооруженным путем захватила партия большевиков. Силы ленинцев составили отряды Красной гвардии и часть распропагандированных солдат Петроградского гарнизона. II Всероссийский съезд Советов контролировался большевиками, поэтому его «санкция» на переворот и создание однопартийного правительства были фикцией.

Ленин и Троцкий занялись социальной демагогией и начали играть на самых низменных чувствах нашего дремучего народа. Одновременно в провинции большевистские ревкомы от имени местных Советов приступили к захвату власти и к ликвидации гражданских органов управления. Если для этого требовалось лить кровь — лили кровь.

Усталость от Великой войны и кровавых потерь давила на народ тяжелым грузом. Тем не менее, накануне Октябрьского переворота наши противники держали на Западе 151 дивизию, а на Востоке — 127 (в т. ч. 83 германских). Но они тоже изнывали, им не хватало ресурсов. В течение ближайшего года война должна была закончиться победой.

Ленинцы пообещали русскому народу немедленный мир — и развязали гражданскую войну. Она шла пять лет и унесла жизней в пять раз больше, чем Первая мировая.

[Spoiler (click to open)]

В старой России хватало социальной неустроенности и несправедливости. Конфликт между крестьянином и помещиком уходил в XVIII век. Однако помещичий класс сходил на нет естественным образом и к концу 1917 года в руках помещиков оставалось менеечетверти пахотной земли — в значительной степени заложенной-перезаложенной без шансов на выкуп у кредиторов. Для социального переустройства требовалось время, укрепление крестьянской собственности и разумное управление.

Ленинцы пообещали русскому народу немедленную землю, дали разграбить помещиков и поделить пашню поровну, включая излишки более трудолюбивых односельчан. Через полтора года они ввели организованный грабеж хлеборобов в виде продразверстки, объявили всю пахотную землю государственной, то есть своей, и начали планировать коллективизацию. Одновременно они запретили частную инициативу, свободную торговлю, накопление и фактически отменили деньги.

Ленинцы пообещали русским рабочим фабрики и заводы. Они ввели смешной «рабочий контроль» и дали вволю похозяйничать на предприятиях, после чего они пришли в упадок. Затем они лишили рабочих права на забастовки, ввели карточки, принудительный труд и подчинили всю национальную промышленность собственной власти и узким интересам — ничем не стесненным, и ничем не ограниченным.

В России из века в век с трудом устанавливались и укреплялись элементарные основы гражданской свободы — институты собственности, состязательного и равного суда, неприкосновенности личности и жилища, образования, самоуправления, веротерпимости, самостоятельности Церкви и миссионерства. Вместе с тем Россия училась голосовать на выборах, читать газеты и участвовать в дискуссии на самые разные темы.

Ленинцы обещали русскому народу свободу, назвав свой Совнарком «временным», до созыва Учредительного собрания. В действительности они создали органы централизованного террора, разогнали Учредительное собрание, запретили все партии, собрания и газеты, кроме собственных, развязали массовые убийства по социальному признаку, ликвидировали право собственности, суды, местное самоуправление, корпус российского права, разрушили качество образования и начали гонения на Церковь, провозгласив своей целью создание «земшарной Республики Советов», и нового человека.

Ленинцы обещали трудящимся благополучие и благоденствие, счастье и изобилие — за счет частного разорения и перераспределения ресурсов буржуазии в пользу бедных. В итоге: если в 1892/93 годах от голода с холерой умерли 375 тыс. человек («царь-голод»), то в 1921/22 — более 4,5 млн. человек.

Нелепо говорить о том, что при создании большевистского государства и завоевании большевиками России Джугашвили с его криминальным прошлым и уголовными наклонностями играл несущественную роль. Сталин состоял в ЦК и Политбюро, входил в Совнарком и фактически был одним из первых лиц в окружении Ленина, хотя и не таким ярким как Троцкий.

С первого дня Октябрьского переворота русское общество ответило большевикам сопротивлением. Юнкера и чины Алексеевской организации, служащие и участники забастовок, чины Белых армий, уполномоченные фабрик и заводов, социалисты, повстанцы-рабочие, повстанцы-казаки, повстанцы-крестьяне… К сожалению, силы сопротивления оказались разрозненными и не смогли консолидироваться.

В годы гражданской войны Белое движение оказалось самой серьезной угрозой большевистской власти, самоназвавшейся «советской». Белая альтернатива — не только с точки зрения политического и социально-экономического устройства России, но и ее долгосрочной исторической перспективы — реально существовала. Она служила спасением для миллионов человеческих жизней — погубленных ленинцами и тех, которым еще предстояло погибнуть от рук сталинцев в ближайшие десятилетия. Она служила спасением для трех поколений наших соотечественников принужденных коммунистами к жизни во лжи и лицемерии.

Победа большевиков отнюдь не была предопределена.

Но Белые армии проиграли на поле боя и среди причин их поражения главную роль сыграли три:

1) нейтралитет и равнодушие к вооруженной борьбе белых и красных основной массы крестьянства — осознание смертельной опасности большевизма для труженика земли пришло слишком поздно;

2) дремучая политика Деникина и Колчака в национальном вопросе и пагубная концепция «единонеделимства», создавшая белым проблемы в отношениях с нацменьшинствами на территории распавшейся империи — ее исторический срок существования в былом виде закончился и следовало искать новые формы культурно-территориального сосуществования разных народов;

3) выполнение здравой программы Врангеля и Кривошеина, исправлявших ошибки своих предшественников, началось слишком поздно.

Однако оставление Белыми армиями пределов родины не прекратило сопротивления участников Белого движения в эмиграции. До 1945 года — пером, словом и оружием, после 1945 года — пером и словом — белые воины, их дети, внуки и русские изгнанники, единомышленные с ними, делом доказывали свою непримиримость большевизму, отстаивали достоинство и духовную свободу русского человека.

На территории РСФСР, в красном тылу, возникло свое сопротивление. В его рядах — участники неоднородного антибольшевистского подполья от социал-демократов до монархистов, часть «военспецов», рабоче-крестьянские повстанцы, разочарованные в большевизме бойцы и командиры Красной армии типа Колесникова. Кульминация — крестьянские войны в Западной Сибири и на Тамбовщине 1921 года. Беспредельная жестокость и нэповский соблазн позволили с ними справиться.

Частичная либерализация в экономике 1920-х годов не привела общество к покорности. В 1924 году начальник Секретного отдела ОГПУ Дерибас требовал держать под постоянным наблюдением органов госбезопасности более двух миллионов граждан СССР, чтобы пресечь возможные восстания, выступления и другие протестные действия.

В 1920-е годы антибольшевистское сопротивление стало еще более пестрым и разнообразным. «Не смиримся, и не покоримся», — лозунг его участников. Среди них — члены подпольных кружков, философских собраний и групп вплоть до поэтов, некоторые «военспецы» и бывшие офицеры, жившие на положении частных лиц, сторонники беспартийных «крестьянских союзов» в деревне, проваливавшие на выборах в местные Советы коммунистов (особенно на Юге РСФСР), члены гонимых православных братств и подпольных общин, непоминающие, авторы самодельных листовок и протестных лозунгов, скауты… По данным Спецотдела МВД СССР (на 11 декабря 1953 года) органами ВЧК-ОГПУ в 1921–1929 годах были арестованы 1004956 человек (в том числе за «контрреволюционные преступления» — 590 146).

3 января 1925 года Сталин заявил на заседании Политбюро: «Мы до полной ликвидации гражданской войны далеко еще не дошли, и не скоро, должно быть, дойдем». В 1923–1926 годах, кроме перманентных малых войн в Средней Азии и в горах Кавказа, вооруженное сопротивление и попытки повстанческой деятельности под политическими лозунгами отмечались чекистами на Амуре, на Камчатке, в Якутской АССР, в Белоруссии (под Борисовом и Слуцком), в Грузии. На Северном Кавказе только в 1925–1926 годах были уничтожены казачьи и крестьянские повстанческие формирования Рябоконя (Азовское побережье, октябрь 1925), Ступака (на Тереке, весна 1926) и некоторые другие. В 1924 году на селе чекисты зафиксировали 313 терактов, направленных против представителей местного совпартактива, включая убийства и избиения, в 1925 году — 902, в 1926 году — 711.

В 1927 году с хлебозаготовительного кризиса начался новый большевистский поход в деревню за продовольствием. Партия хотела покупать хлеб не по рыночной цене, а по той, которую она устанавливала сама. Хлеб заставляли продавать себе в убыток. У тех, кто хлеб укрывал от продажи, срывали крыши домов.

Реакция последовала мгновенно. В 1926–1927 годах чекисты зафиксировали по Союзу ССР 63 массовых крестьянских выступления (в том числе 22 в Сибири). Годовое количество антисоветских терактов на селе возросло с 711 до 901, арестованных по политическим мотивам с 17 804 до 26 036 человек. В июле 1927 года сотрудники ОГПУ при составлении сводок о настроении сельского населения приводили примеры следующих высказываний:

«Это хорошо, что убивают советских представителей за границей, скоро настанет такой момент, когда всему будет конец, и у власти будет находиться монархия, тогда мы заживем по-старому» (д. Посеево Константиновской волости Сергиевского уезда Московской губ.).

«Началась война, скоро мы будем бить и давить коммунистов, и когда всех уничтожим, тогда уйдем и скроемся в тайге» (Верхне-Чебулинский район Омского округа).

«Началась война, коммунисты бегут за границу, а те, которые останутся, если не будут расстреляны, будут лишены права голоса на 5 лет и права иметь землю» (д. Большая Тава Усть-Ишимского района Тарского округа).

«Скоро будет война, дадут нам, крестьянам, оружие, а мы его обратим против советской власти и коммунистов, нам власть рабочих не нужна, мы ее должны сбросить, а коммунистов удушить» (д. Саморуково Трудовой волости Московского уезда Московской губ.).

«Крестьяне помогут прогнать эту власть – коммунистов ненадолго хватит, мы только и ждем войны, а там со всех их полетят галифе <…> Я инвалид, а то бы пошел на войну бить коммунистов» (с. Валуевское Тюкалинского района Омского округа).

«Коммунисты арестовывают офицеров, так как сегодня их власть, а завтра придет наша власть, мы их арестуем и пустим в расход» (с. Смела Черкасского района УССР).

«Товарищи, скоро будет у нас Варфоломеевская ночь. Товарищи, при советской власти нельзя развиваться сельскому хозяйству. Товарищи, граждане и гражданки, все-все на борьбу с советской властью» (с. Заломное Валуйского уезда Воронежской губ.).

Сталинский курс 1927–1928 годов привел народное хозяйство в тупик, показав полную бесперспективность политики «советских цен» и насильственных хлебозаготовок. В ответ на принуждение, как и в годы гражданской войны, крестьяне начали неизбежно сокращать сельскохозяйственное производство, это была инстинктивная самозащита хлеборобов. Деревня дала понять коммунистам, что даром плоды тяжелого труда отдавать не будет. Если в 1926–1927 годах государственные хлебозаготовки составили 117,8 млн. центнеров, то в 1928–1929 — 107,9, а сбор зерновых хлебов упал с отметки в 662,5 млн. центнеров до 614,3.

Джугашвили недаром называл крестьянство «таким классом, который выделяет из своей среды, порождает и питает капиталистов, кулаков и вообще разного рода эксплуататоров». Знаток сталинской психологии Абдурахман Авторханов справедливо подчеркивал: «Сталин помнил, как пало царское самодержавие, — “Хлеба, хлеба, хлеба!” — вот с какого лозунга начали Февральскую революцию в Петрограде. Сталин знал лучше, чем Бухарин, что большевистское самодержавие ждет та же судьба, под тем же лозунгом, если самому не произвести революцию сверху в деревне, чтобы предупредить революцию снизу в городе». Поэтому в 1929 году вопрос встал ребром — либо партия заставит крестьян производить продовольствие даром, либо большевики потеряют власть, а вместе с властью — и жизнь.

«Вторая гражданская война» была неизбежна.

(Продолжение следует.)

источник