June 6th, 2015

псмб

«Смотрю на личную и общественную жизнь с христианской точки зрения…»

В древнейшем храме Коломны члены Свято-Георгиевского братства провели особенную встречу о новомучениках

Третья по счету встреча членов Свято-Георгиевского братства с прихожанами коломенских храмов, посвященная опыту свидетельства новомучеников и исповедников о вере, церкви и Христе, происходила по-особенному. Впервые такой разговор состоялся в самом храме (церковь Зачатия Иоанна Предтечи, сохранившая в основном своем объеме часть стен XIV в., является древнейшей в Коломне), сразу после литургии и евхаристии. На встречу остались более двадцати прихожан, наиболее активными из которых в обсуждении были мужчины.

В своей проповеди настоятель храма о. Андрей Згонников сказал:

– Сегодня мы почитаем святых отцов I Вселенского Собора, но также есть святые, которые составляют тоже небольшой собор – это равноапостольные Кирилл и Мефодий, без которых трудно себе представить единый наш народ и единую православную церковь. А в веке XX такой поистине Собор представляют новомученики и исповедники Церкви Русской.

И действительно, можно сказать, что в этот воскресный день новомученики и исповедники сослужили литургию: стенды, посвященные коломенским новомученикам, были развернуты в храме еще до начала богослужения.

На встрече шел разговор о свидетелях веры - преподобномученике Никоне (Беляеве), исповеднике Иоанне Летникове, священномученике Сергии Мечеве. Взяв слово, о. Андрей попробовал ответить на один из ключевых вопросов о том, что стремились сохранить в церкви исповедники XX столетия:

– Мы услышали и увидели в этих небольших рассказах не биографии людей, а сами личности, духовное стояние которых во времена гонений, позволяет со всей определенностью сказать, что все они, весь сонм новомучеников и исповедников сохранили для нас самое главное – церковь.

Был у этой встречи, может быть и не до конца проявленный, лейтмотив – собирание народа Божьего вокруг Христа, вне зависимости от того, где жили пастыри тех лет – в Коломне или Москве.

Читать далее
promo adam_a_nt august 25, 2016 14:20 1
Buy for 20 tokens
Вроде бы дата не круглая, а для меня - символическая. Ровно половину этого срока, 13 лет, я в Преображенском братстве =) Когда я впервые увидела братство, а это было на одном из соборов, то после личного знакомства с братьями и сестрами у меня постепенно поменялось понимание Церкви, церковной…
труд

С днем рождения, Александр Сергеевич!

"Не продаётся вдохновенье но можно рукопись продать" А.С. Пушкин
Муза
 
В младенчестве моем она меня любила
И семиствольную цевницу мне вручила.
Она внимала мне с улыбкой — и слегка,
По звонким скважинам пустого тростника,
Уже наигрывал я слабыми перстами
И гимны важные, внушенные богами,
И песни мирные фригийских пастухов.
С утра до вечера в немой тени дубов
Прилежно я внимал урокам девы тайной,
И, радуя меня наградою случайной,
Откинув локоны от милого чела,
Сама из рук моих свирель она брала.
Тростник был оживлен божественным дыханьем
И сердце наполнял святым очарованьем.
   
1821
труд

Камышинское реальное училище

«Реальное училище в Камышине было учреждено 1 июля 1877 года. Состояло из шести основных классов и седьмого дополнительного».

«Учебные заведения ведомства Министерства народного просвещения», Петербург, 1895. стр. 54-55.

В конце XIX века административные службы, торговля и промышленные заведения стали испытывать большие потребности в профессиональных работниках. Возникла острая необходимость повышения грамотности населения. В России разразился целый бум открытия новых учебных заведений – реальных училищ. Утвержденный в 1872 году Устав реальных училищ объявлял целью «общее образование, приспособленное к практическим потребностям и к применению технических познаний, имея в виду преимущественно потребности торговли и промышленности...».

ПОДГОТОВКА И ОТКРЫТИЕ

Вслед за открытием в Санкт-Петербурге, Москве и Саратове реальных училищ подобное желание возникло и у камышинской общественности. 4 сентября 1873 года с инициативой и обоснованием проекта открытия нового учебного заведения в городской Думе выступил городской голова, купец В. П. Портнов, а в уездной земской управе – ее председатель П. Е. Ляук. Однако лишь в 1877 году Государственный Совет решил учредить в Камышине шестиклассное реальное училище с основным отделением в двух высших классах. На должность директора был назначен П. А. Герман – должностное лицо Министерства народного просвещения.

Камышинское реальное училище

Камышинское реальное училище

Реальное училище на Астраханской (Республиканской) улице. Начало XX века. Вверху - каким было в прошлом; внизу - современный вид здания, достроенного и перестроенного.

Реальное училище на Астраханской (Республиканской) улице. Начало XX века. Вверху - каким было в прошлом; внизу - современный вид здания, достроенного и перестроенного.

Помещение под новое учебное заведение предоставило земство и оно же решило ежегодно жертвовать на содержание училища 13 тысяч рублей: 6 тысяч от города и 7 – от земства. Государственный Совет постановил отчислять ежегодно по 10 тысяч 370 рублей. Независимо от веры и сословия, ученики обязаны были вносить плату за обучение – 15 рублей, а позже, с 1880 года, 20 рублей. Неимущие от оплаты освобождались, но таких, как правило, было немного.

[Spoiler (click to open)]

Камышинское реальное училище располагалось в бывшем поместье Персидских на Астраханской (ныне Республиканской) улице. Вот как об этом, немного коверкая фамилию владельца, пишет губернская газета «Саратовский дневник» (от 26 сентября 1900 года):



«17 сентября городская дума постановила купить под пристройку училища большое место на Астраханской улице, принадлежащее помещику Персидову, за 5700 рублей».


Астраханская (Республиканская) – центральная улица Камышина рубежа конца XIX – начала XX веков. И лишь позже – в 1913 году - училище переехало на улицу Набережную. Но обо всем по порядку…

Начало приемных экзаменов было объявлено с 31 августа. К их проведению в город приехали преподаватели: по русскому языку – Тихоновский, по немецкому – Герг, по французскому – Фильке и преподаватель чистописания и рисования – Николаев. Чуть раньше были определены законоучитель Чудновский и преподаватель истории и географии Якубовский. Всего было подано 78 прошений о приеме. После экзаменов 62 человека стали первыми реалистами: 30 человек было принято в первый класс, 20 – во второй и 12 – в третий.

14 сентября 1877 года состоялось торжественное открытие Камышинского реального училища. Праздник начался утром в соборе, куда прибыли: саратовский губернатор, попечитель Казанского учебного округа, в чьем ведении находились камышинские учебные заведения, почетные лица города и ученики.

Протоиерей Чудновский совершил литургию, во время которой произнес проповедь. После этого все присутствующие отправились в здание училища, где был отслужен молебен с освящением. Попечитель Казанского учебного округа произнес речь и объявил училище открытым. Директор выступил с отчетом, а камышинская городская Дума, желая выразить свою признательность саратовскому губернатору М. Н. Галкину-Врасскому, объявила об установлении стипендии его имени в тысячу рублей (!) – цитируем: «для достойнейших по успеваемости и поведению детей».

Стипендиатов определял директор. Учитывая, что город давал на училище 6 тысяч рублей, сумма стипендии для лучших учеников представляется небывалой! Правда, и лучших учеников набиралось достаточно много. Мы не будем приводить весь список, но на каждого выходило не такая уж большая сумма. По окончании всех речей был исполнен гимн «Боже, царя храни». Закончилось торжество обедом, устроенным городским обществом и земством в зале училища, на который были приглашены и ученики.

РЕАЛИСТЫ. ЖИЗНЬ И БЫТ

Преподавание в училище велось на высоком уровне. Кроме гуманитарных и математических дисциплин, реалисты овладевали немецким и французским языками, приобретали навыки рисования и черчения, учили русский язык и литературу; пробовали себя в сочинительстве. «Реалка» была мощным средством не только просвещения, но и общественной жизни. Педагогический состав менялся – вот выписка из адрес-календаря Саратовской губернии за 1893 год:



«Директор – Поздняков Вениамин Павлович, дейст, стат. совет.. Законоучитель – Каталонский Александр Петрович, свящ. Преподаватели: русского языка – Кудрявцев Иван Александрович, тит. сов.; немецкого – Урих Конрад Егорович, стат. сов.; французского – Стадлин Август Алоизович, н. ч,; математики – Юратов Василий Александрович, надв. сов.; естественной истории – Арбузов Виктор Николаевич; рисования и чистописания – Николаев Михаил Николаевич, стат. сов. Врач – Ломоносов Яков Андреевич, кол. сов.»


Заметьте: врачом училища трудился известный врач, политический ссыльный Я. А. Ломоносов. Стараниями этого неуемного человека в 1892-94 годах на песках за городом были посеяны травы и посажены сосны, а значит, мы легко можем предположить, что помогали Якову Андреевичу в благородном деле закрепления «летучих» песков студенты-реалисты.

Я. А. Ломоносов, камышинский земский врач

Я. А. Ломоносов, камышинский земский врач

Все воспитанники находились под неусыпным контролем преподавателей. Классные наставники часто посещали семьи своих учеников и вели специальные дневники, а в конце каждой четверти представляли педагогическому совету отчеты о поведении своих подопечных.



Например: «…Богомолов пытался курить в квартире, но был своевременно замечен... Лебедев не был на богослужении без уважительной причины... Рогожин подрался с товарищем».


На каждого ученика был заведен так называемый «кондуит», куда заносились все сведения о нем. Вот такой документ ученика 2 класса Якова Гидеона: «Сын поселянина-собственника. Родился 10 сентября 1893 года в Усть-Залихе Камышинского уезда. Вероисповедания лютеранского. Поступил в реальное училище в октябре 1910 года. Воспитывается на средства родителей и живет у родителей. Поведение: 18 марта разговаривал во время урока немецкого языка».

К слову, кто полагает, что обучение в «реалке» было по силам лишь детям состоятельных родителей, тот ошибается.



Газета «Саратовский дневник» (№ 205, сентябрь 1900 года) сообщает: «14 сентября в реальном училище состоялся отчет о состоянии учебы за 1899-1900 годы. В училище – 214 учеников, более постоянная цифра (поступившие-убывшие) – 273 человека. Из них: детей дворян и чиновников – 37 человек (13,5%), духовенства – 4 чел. (1,5%), купцов – 8 чел. (2,9%), мещан – 52 чел. (19%), крестьян – 156 чел. (54,2%), нижних чинов и казаков – 11 чел. (4,1%), прочих званий – 5 чел. (1,8%). При училище действует общество вспомоществования недостаточным ученикам».


Как и ученики всех эпох, камышинские реалисты выполняли контрольные работы, о результате которых составлялись подробные отчеты.



Заглянем в такой отчет, написанный по итогам контрольных работ по тригонометрии в 1914 году: «…Испытанию подверглись 22 ученика. На испытаниях была предложена тема: определить площадь… Предложенная задача принадлежит к числу нетрудных и требует знания отделов: решения тригонометрических уравнений и решения косоугольных треугольников. Из 22 учеников исполнили удовлетворительно и выше чем удовлетворительно – 16 учеников».


Ученики, неудовлетворительно сдавшие экзамены, либо проходили переэкзаменовку, либо оставались на второй год. Сведения об этом также заносились в кондуитные списки учащихся. Успешно закончившие полный курс реального училища, получали аттестаты и допускались к вступительным экзаменам в высшие учебные заведения.

ЗДАНИЕ - КРАСА КАМЫШИНА

Возведение здания реального училища на улице Набережной имеет свою историю… «Реалка» была очень популярна, поэтому к началу XX века возникла острая потребность постройки нового, просторного здания. Вопрос обсуждался в городской Думе. Информация «Приволжской газете» (1910 год) называет фамилию М. Н. Галкина-Врасского и сообщает, что для постройки нового здания необходима сумма 170 934 рубля.

Камышинское реальное училище. Здание открытое в 1913 году. Сегодня школа № 4

Камышинское реальное училище. Здание открытое в 1913 году. Сегодня школа № 4

[Spoiler (click to open)]

Для справки скажем: Галкин-Врасский – дворянин, саратовский губернатор  в 1870-1879 годах, почетный гражданин г. Камышина.



Как сообщает краевед Егений Хорошунов, «…по тому, как активно развернулись события, стоит лишь догадываться о том, что дело явно не обошлось без вмешательства и содействия М. Н. Галкина-Врасского. Через три года – в 1913 году – массивное здание «реалки» уже возвышалось на открытом волжском берегу на юге города. Оно приняло в свои классы всех приехавших на учебу…»


Сегодня это здание занимает школа № 4. Выписка из «Инвентаризационного списка объектов градостроительства и архитектуры г. Камышина, представляющих историко-культурную ценность» констатирует: «Реальное училище, ансамбль (ул. Набережная, 11) - 1909-1913 годы постройки; общежитие для учителей (ул. Набережная, 11) - 1909 год постройки».

Надпись на школе № 4, хранящая историю Камышина

Надпись на школе № 4, хранящая историю Камышина

Камышинское реальное училище никогда не испытывало недостатка в учениках.



Профессор, химик-технолог Август Георгиевич Горст (1889-1981) вспоминал: «В. А. Юратов дал мне хорошие знания по математике, Я с благодарностью вспоминаю о нем. Помню фамилии других педагогов – С. Д. Морозова, Ф. А. Зимина, В. П. Иванова («…когда он рассказывал об исторических событиях, весь класс замирал и слушал его замечательные лекции), Бурцева («он выписывал английскую газету «Times»). Названные педагоги ярко отразились в моей памяти. Они составляли основной костяк Камышинского реального училища, обеспечивая ему хорошую славу».


Вспоминал Август Георгиевич и имена своих однокурсников. Это были реалисты Александр Шлейнинг (активно участвовал в камышинском вооруженном восстании; бежал в Америку и возвратился в СССР уже будучи врачом), братья Виктор и Георгий Долгов (последний стал профессором, доктором биологических наук), Август Зибенгар (впоследствии прославленный врач-хирург), Пантелеймон Альтухов, Федор Руш, Яков Грянкин, Иван Мурылев…

В 1918 году декретом Совета Народных Комиссаров Камышинское реальное училище было закрыто. Теперь лишь одни архивные документы могут рассказать нам о его славной истории...

Леонид Смелов. Из книги «Из века в век» (2008 год).

Клуб исторических изысканий КамышинStar (http://kamyshinstar.ru)
             

                                        
труд

Протоиерей Всеволод Шпиллер: Слово в 1-ю неделю по Пятидесятнице. Всех святых





Произнесенное в Богоявленском патриаршем соборе в Москве


К каждому верующему из глубины веков обращён призыв: будь свят... По примеру призвавшего вас Святого и сами будьте святы во всех поступках. Ибо написано: «Будьте святы, потому что Я свят» (Лев 14,2) (1 Петра 1,15). Каждого из нас Церковь зовёт стать святым, потому что Бог, сотворивший человека по Образу Своему, т.е. по образу Своей святости, ждёт действенного раскрытия каждым из нас вложенного в нас Своего образа.

И какое множество людей отзывается на этот зов! Какое множество чтимых сегодня всех святых украшает умное небо Церкви, аще и затворены суть мощи их во гробех. Людей богоугодной жизни было много, и теперь их много, и всегда их будет много и должно быть много, потому что нет человеческого сердца, не жаждущего жизни, достойной вечности. А вечности достойна святая жизнь. В вечность вводит и вечности принадлежит то, что мы зовем святостью.
Праздник Святой Троицы: о празднике, иконы, обычаи праздника

Что такое святость? Что мы чтим в святости, перед чем в ней склоняемся в глубочайшем уважении, с трепетно бьющимся сердцем? В святости «изображает» себя — по слову Апостола — Сам Христос (Гал. 4,19), и потому святость является образом соединения со Христом.

Это соединение совершается силой Духа, оно есть плод приятия Духа. В святости, следовательно, являют себя миру Господь Иисус Христос и Дух Святый. Но Слово Отца и Дух Божий, соединяющийся с человеком, соделывает человека приемлющим и Совершенного Отца (св.Ириней Лионский). Так в святости мы чтим откровение Триипостасного Бога, Саму Пресвятую Живоначальную Троицу.

[Spoiler (click to open)]

Приятие Духа Святого есть приятие Его даров. Обладающий ими в их полноте обладает снисходящим таким образом на землю и в душе человека открывающимся Царством Небесным. Так как Царство Небесное, Царство Божие это, ведь, правда, мир и радость о Дусе Святе (Рим. 14,17), то в святости мы чтим Царство Божие. Вот почему святость, как образ откровения Самого Бога и Его Царствия и есть вечность, принадлежит вечности и вводит в вечность имеющего её.

Святость есть действенное раскрытие в нас образа Божиего. Ряд священных даров Духа, даруемых святым, открывается любовью, которая долготерпит и милосердствует, не завидует и не превозносится, своего не ищет и не раздражается, всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит...» (1 Кор 13, 4-7). Ряд даров Духа, преподаваемых святому, открывается любовью, потому что Бог, открывающий Себя в святости, в образе Своем, есть Любовь: «Бог любы есть» (1 Иоанн 4,60). А, ведь, это о любви сказано, что придёт день и всё упразднится, всё прейдёт, всё перестанет, а любовь не перестанет никогда, никогда не упразднится (1 Кор.13,8), потому что в ней (и главное — в ней!) дан человеку образ вечного Бога. Так, живущая Любовью и движущая ею святость есть раскрытие предначинающейся во времени вечной жизни.

Но такова одна сторона святости. Она имеет и другую сторону. Святость всегда — труднейший подвиг. Святость всегда тяжёлый и упорный труд, трудный, тесный путь постепенного, очень медленного восхождения горе, к нравственному совершенству. Святость всегда есть борение, крайнее напряжение сил души трезвящейся, собранной в себе, недремотной. И в святости мы чтим это постоянное напряжение духовных и душевных, а также и телесных сил, поднимающих человека над преходящей злобой дня, похотью и похотливостью души и тела, к последним целям жизни. В святости чтим стоящую огромнейшего труда над собой постоянную обращённость души к Богу, и жажду наполнить сердце, как чашу — до краёв, одной только любовью к Богу и к Божьему творению, которое, ведь, выйдя из рук Творца, было и во внутреннейшей своей сущности осталось «добро зело». Святость есть стремление исполнить совершеннейшим образом заповедь любви, о которой сказано, что она есть важнейшая, и что именно на ней — весь закон и пророки (Мф.22,36-40). Святость — это преображение жизни души, её изменение, преложение в ней зла на добро, конечная победа в ней первоначального добра над вторичным злом, освобождение от него, спасение души, совершаемое в великом подвиге крайнего напряжения воли. При этом религиозная воля, раскрывающая себя в святости, всегда свободна. Ей не навязываются ниоткуда и никем никакие обязательные формы. Существенна её направленность, её несломимая обращённость к Богу и к добру в мире. Поэтому Церковь прославляла и прославляет исповедничество и пустынножительство, но также и жизнь в исполнении заповедей в миру, в миру совершающийся величавый подвиг соблюдения девства и чистого вдовства, святость самоотверженного жития в неразлучно соединяющем душу с Небесным Женихом иночестве и скромную святость чистого брака, чистой супружеской жизни.

Никогда никого не звала и не обязывала Церковь к уходу из жизни. Призыв к святости никогда не означал призыва к бегству из мира, к ненавидению мира, к отвержению его. Мир и сотворён не для того, конечно, чтобы человек мог и должен был отвергаться его. Нас звала, зовёт и всегда будет Церковь звать ненавидеть зло в этом мире. Зов к святости есть зов к преодолению зла в мире, к просветлению жизни мира, к её преображению, а не уничтожению, к угашению, к отвержению её. Церковь никогда не проповедовала отвержения мира и ненависти к миру в этом смысле. И если мы слышали жёсткие и странные слова о ненависти к миру как условии спасения души, то все они всегда были и остаются трагичнейшим недоразумением в христианстве, недопониманием и невмещением полноты христианской истины. Ненавидеть мы должны грех в мире, а не мир. Жаждать должны освобождения мира от греха, а не себя от мира.

Произведения искусств мы творим, живя в миру. В миру мы думаем и делаем открытия научные, изобретаем; в миру мы любим, мы создаем свои семьи, воспитываем детей. В миру созерцаем красоту, стремимся к ней, хотим её, хотим с нею добра и истины. И что же — это всё бессмыслица и одна только скверна? Или ненужные, блуждающие огоньки, за которыми идти опасно и от которых христианство велит нам отворачиваться? Весь творческий процесс, из которого состоит жизнь человека и всех людей вместе и который ведёт к утверждению в жизни справедливости, благополучия, блага — всё лишь иллюзорное, лишь мнимое благо, увлекающее человека в кружение в бессмысленном страстном вихре? Нет, это ложно и подлинно христианскому, здоровому сознанию противоречит.

Наш труд, наше творчество — безразлично в какой именно сфере деятельности: в чистой ли науке, в искусстве — наши отношения с людьми, наша семейная жизнь, многообразные наши общественные обязанности и нужды, все наше мирское делание, вся наша жизнь в миру имеют вечный, а не иллюзорный смысл и ценность. И не только не препятствуют, а способствуют, могут способствовать, могут быть условием для достижения святости. Только бы жизнь эта была не упоением миром, только бы не относились мы к радостям её с похотью, а была бы она нашим служением высшему Добру, Красоте, Истине, служением людям, окружающим нас: нашей Родине, нашему обществу, семье, нашему делу, потому что творческое служение есть выражение любви. В творчестве деятельно раскрывает себя любовь. Любовь — это творчество, творчество — это любовь; нет Любви, оторванной от творческой стихии. Действенное же раскрытие в себе сил любви есть раскрытие в себе образа Божия, в чём и состоит святость. Вот почему призыв быть святым не только не означает, что отзывающийся на него должен отвернуться от мира и уйти из этой жизни, но, напротив, утверждает и должен утверждать верующего в его естественном и здоровом стремлении активно участвовать в общем жизненном творческом процессе, во всём том, что направлено к утверждению в жизни всеобщего добра, справедливости, блага.

Вчитайтесь в жизнеописания — и в особенности — наших русских святых. Им ли не были известны слова великого апостола любви: «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо всё, что в мире, похоть плоти, похоть очей и гордость житейская не есть от Отца, но от мира сего. И мир проходит, и похоть его...» (1 Ин. 2-15,16,17). И всё же никто из них не звал к уходу из него, к бегству из жизни: они понимали, что ненавидеть должно похоть плоти, похоть очей, господствующие в мире, но не самый мир, Божье творение в котором Бог не только являет Себя как Творец, но в которое в Боговоплощении вливает освящающие мир Свои силы, в нераздельном и неслиянном соединении в Богочеловеке Бога и человека. Остановитесь на наставлениях русских святых, обращенных к нам: преп. Сергия, посылающего в княжеское войско двух своих иноков, Серафима Саровского, говорившего о своём тысячедневном стоянии на камне: «томлю томящего мя» и потом встречавшего каждого приходившего к нему не иначе как из последней глубины сердца вырывавшимися словами — «радость моя». Вспомните наставления Оптинского старца Амвросия в ответ на вопрос, как надо нам жить? «Надо жить не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать..» Это потому что святые отцы хорошо знали и понимали и другое, сказанное о мире тем же великим апостолом любви: «Кто говорит — я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец; ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит.» (1 Ин.4,20).

Разрыв и противопоставление святости и «мира», трагический дуализм религии и жизни, сакрального и профанного порядка вещей, их нет у отцов, у святых, они надуманы нами, они являются достоянием несовершенного, недоразвитого религиозного сознания, в особенности в форме обычных, довольно ещё распространенных у нас, плоских, большей частью и неискренних и — во всяком случае — недодуманных до конца обличений «мирской деятельности».

Мы празднуем сегодня память всех святых, сподобившихся многоразличных даров одного Духа. Многоразличнейшими подвигами подвизались они в удалении от мира и в самом миру, каждый по своему снискав благодать Св. Духа, освятившую его. Светлее звёзд светят они с высоты умного духовного неба, освящая пути нашей жизни в этом мире. Каждого из нас они зовут к святости, т.е. к очищению сердца, к освящению жизни, к освобождению от подавленности грехом, к уничтожению похоти плоти и очес. К святости, которая есть раскрытие в нас образа Божия, данного в присущей каждому человеческому сердцу силе чистой, возвышенной любви, придавленной и обезображенной страстной похотливостью... Святые, сияющие дивной своей светлостью от Света присносущного, зовут и нас к просветлению, к преображению и к озарению, к осиянию жизни своего сердца тем же светом, чтобы таким образом предначалась во времени жизнь вечная и для каждого из нас. Наши сердца жаждут жизни, достойной вечности.

Да укрепит же Господь в сердцах наших, трепетно отзывающихся на призыв к святости, нашу слабую волю. Да утвердит в безмерности Своей к нам любви наш порыв идти по пути исполнения Его заповедей и, главное, заповеди любви, идти по предлежащему перед каждым верующим пути подвига и труда в напряжении всей своей творческой энергии, всех своих творческих сил на любом поприще — и чисто духовного, но также и мирского делания. Воссиявший во Святых свет Твой присносущный да воссияет, Господи, и нам, грешным! Аминь.

15.06.52.

http://enisey.name/book_shpiller/ch05s03.html