March 17th, 2012

труд

СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛИ О "ПОЛИТКОРРЕКЦИИ" КЛАССИКОВ

Представители организации Gherush92 утверждают, что Данте Алигьери, чье значение для итальянской культуры не сравнимо ни с чем (для итальянцев он значит, пожалуй, больше, чем даже Пушкин для русских) - расист, а «Божественная комедия» должна быть удалена из школьной программы по литературе.

Gherush92 - структура, консультирующая, в частности, Экономический и социальный совет ООН. В Италии они заняты правозащитой и образованием. Президент Gherush92 Валентина Серени предъявила претензии, в частности, к тому, что у Данте исламский пророк Магомет мучается в аду как еретик, причем казнь его безобразна («Нутро у одного зияло От самых губ дотуда, где смердят: Копна кишок между колен свисала, Виднелось сердце с мерзостной мошной, Где съеденное переходит в кало. Несчастный, взглядом встретившись со мной, Разверз руками грудь, от крови влажен, И молвил так: "Смотри на образ мой! Смотри, как Магомет обезображен!"»)
Гомосексуализм Данте тоже, разумеется, считает грехом, за который положены муки в аду или в чистилище – такое, с точки зрения правозащитников, детям тоже нельзя давать в руки. Кроме того, Данте обвинили в расизме и антисемитизме.

Представители организации предлагают совсем удалить поэму из школьной программы или сопроводить необходимыми разъяснениями – как в СССР комментировали христианские и другие «неблагонадежные» мотивы у классиков.

Collapse )


 Александр Михайлович Копировский, магистр богословия, профессор Свято-Филаретовского православно-христианского института
Александр Копировский, магистр богословия, профессор Свято-Филаретовского православно-христианского института:
Правозащитники «поправляют» Данте – это же смешно, это же «Моська лает на слона».

Все это, конечно, следствие глубоких духовных искажений в сознании современного человека, когда он вроде бы хочет хорошего, а получается даже не «как всегда», а гораздо хуже, чем было. Потому что люди вместо того, чтобы заниматься реальными проблемами: борьбой за человека, реальной борьбой против антисемитизма и расизма, борются с высокохудожественными произведениями, которые они трактуют в меру своей испорченности.

Что-то похожее уже пытаются сделать и с Библией, которую обвиняют и в пропаганде неравноправия женщин, и в расизме. К этому, по-моему, надо относиться как к болезни, т.е. терапевтически. Не надо, наверное, ввязываться в этот спор, что можно, а что нельзя – об этом и речи нет, но надо разъяснять суть проблемы, надо помогать этим людям с искаженным сознанием увидеть реальный, а не искаженный мир.

Отсюда
promo adam_a_nt august 25, 2016 14:20 1
Buy for 20 tokens
Вроде бы дата не круглая, а для меня - символическая. Ровно половину этого срока, 13 лет, я в Преображенском братстве =) Когда я впервые увидела братство, а это было на одном из соборов, то после личного знакомства с братьями и сестрами у меня постепенно поменялось понимание Церкви, церковной…
труд

Завтра! Встреча с режиссером Андреем Звягинцевым

Группа «Церковно-общественные инициативы» Преображенского братства

проводит

встречу с режиссером Андреем Звягинцевым

Картинка 3 из 2140

18 марта 2012 г. в 15.00

в часовне Свято-Филаретовского православно-христианского института

Тема встречи — обсуждение фильма А.Звягинцева «Елена»

(просмотр фильма состоится в часовне СФИ в 13.00 18 марта).

Андрей Петрович Звягинцев родился 6 февраля 1964 года в Новосибирске...
(Читать далее...)

Вход свободный 

Адрес: Москва, ул. Покровка, 29, оф. 38 (станции метро «Курская», «Китай-город» или «Чистые пруды»).

труд

Москва - Париж - Москва: увидеть лицо другого человека

Встреча 1, Москва

На одном из рынков Москвы
На одном из рынков Москвы. 2011 г. Фото Дениса Синякова/Reuters
Первой с ним встретилась вообще-то не я, а моя дочь: она умеет видеть людей. Но вскоре с ним познакомилась и я. Это было больше года назад, в Москве.

Наша встреча многое поменяла в жизни Нуриддина (на самом деле этого человека, теперь нашего оглашаемого, зовут по-другому). Меня же она заставила задуматься о вещах, о которых я раньше - не то чтобы совсем не думала, но смотрела как бы извне, со стороны. За это время я услышала немало откровенных рассказов. Теперь смотреть извне я больше не могу...

Из воспоминаний Нуриддина, 25 лет:

У всех у нас, сотрудников магазина, был документ о регистрации, его сделал хозяин. Но оказалось, что регистрация фальшивая. У нас отобрали документы, милиционеры кричали, ругались, обещали депортировать. Когда нас привезли в «обезьянник» (это такая клетка для людей, там можно только стоять или сидеть на голом полу - кафельном, она рассчитана на двоих, но нас  было семеро), еще часа не было. Держали до 11 вечера. Главное, воды не давали. Ладно, еды, с едой понятно. Хорошо, что перед тем, как нас из магазина забрали, мы как раз поели. Но пить хотелось.

А другие, видно, сидели не первый день. И голодные! Когда открыли дверцу, там на полу, в грязи, кусок хлеба валялся: кто-то не доел, выкинул. Так двое из сидевших бросились, схватили и, поделив, тут же съели. Хоть и грязный.

Мы много раз звонили хозяину, а он: «Ну да чего вы? Сейчас вас выпустят! Я за вас деньги заплатил, 150 тыс.». Может, правду говорил, может, соврал. Конечно, второй был ему земляк, если б его депортировали, как грозились, односельчане бы нашему хозяину такое устроили! Так что ему пришлось вызволять своего родственника. Ну, а я - уж заодно попал. Да и меня, хоть я совсем не той национальности, один родственник на эту работу устроил.

Прошло много времени. В конце концов к ночи нас обоих выпустили. На машине уж не повезли, конечно: Добирайтесь как хотите! А местности ведь мы не знали...

Там, в обезьяннике, был один, уже давно сидел, - он никому даже не мог о себе сообщить: деньги на мобильнике кончились. Уж он просил-просил милиционеров. Но тем, понятно, все равно. Он меня умолял: «Когда тебя выпустят, положи мне на телефон!» Деньги даже давал. Я сказал: «Чего там, не надо денег!»

Паспорта нам вернули, а миграционные карты - нет. Так что уж совсем без бумаг остались. Хозяин, правда, говорил, что теперь он «делится», больше они не придут. Ну, на улице милиция останавливала, приходилось откупаться.
...
Я всегда хотел учиться. Из дома привез с собой целый чемодан с учебниками, блокнотами. Английскую грамматику и т.д. Соседи по комнате смеялись надо мной: «Ты чего, парень? Ты сюда зачем приехал? Книжки читать? Ты сюда работать приехал!» Я вернулся бы домой сразу, но сначала надо было заработать на обратный билет. Да и с чем я приеду? Я уехал, чтобы не сидеть на шее у родных, чтобы начать новую, самостоятельную жизнь. Что я им скажу? Так и работал. Хуже всего было вставать по утрам, с мыслью, что опять надо идти в магазин. Сегодня. Завтра. Послезавтра... Это был какой-то нескончаемый мрак....

Читать далее

печаль

Скорбный юбилей

Исполнилось 90 лет с начала кампании по изъятию церковных ценностей - очередного звена в беспрецедентных гонениях совесткой власти на веру, церковь и собственный народ. 23 февраля 1922 года вышел декрет ВЦИК о насильственном изъятии церковных ценностей под предлогом помощи голодающим. Поясняя впоследствии смысл этой меры, Ленин в письме членам Политбюро от 19 марта 1922 г. писал: «Именно теперь и только теперь, когда в голодных местностях едят людей, и на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем (и поэтому должны) провести изъятие церковных ценностей с самой бешенной и безпощадной энергией и не останавливаясь подавлением какого угодно сопротивления... дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий... Чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше»1.

Изъятие церковных ценностей
Разбор награбленных церковных ценностей в Гохране. Фото 1921 или 1922 г.
 

Голод и власть

С лета 1920-го по март 1921 года по всей России там, где устанавливалась власть большевиков, проводились насильственные изъятия у крестьян почти всего хлеба и иных продуктов. Уже в январе, т.е. задолго до засухи 1921 г., многим крестьянам было нечем кормиться. После весенней засухи народ был сломлен в большинстве губерний. ВЧК вела тщательную статистику «голодных губерний» и уездов с 1919 г. и напрямую связывала уровень голода с масштабом конфискации сельскохозяйственной продукции.

В 1921 г. голод охватил 37 губерний, главным образом в Поволжье, Приуралье и на Юге. В Киевской губернии стали происходить массовые самоубийства крестьян целыми семьями «вследствие непосильственных продналоговых ставок». Летом 1922 года голодало не менее 30 млн человек. Мировую прессу облетели снимки умирающих детей-скелетов и известия о людоедстве, призывы о помощи голодающим.

Американское управление помощью АRА (American Relief Administration) в августе 1921 г. заключило с советским правительством соглашение и с октября 1921 г. по июнь 1923 г. обслуживало в день до 10,5 млн человек (2/5 из них дети). Однако осенью 1922 г. Москва объявила о наличии миллионов тонн зерна, предназначенного на экспорт. Узнав, что советское правительство предлагает зерно на экспорт и активно вывозит золото и драгоценности на поддержку мировой революции и, в частности, на покупку оружия для новой большевистской революции в Германии, американцы прекратили свою помощь.

К лету 1923 г. сведения о смерти от голода прекратились. В пострадавших от голода губерниях не досчитались 5,1 млн человек (от подобной же засухи в 1891-1892 гг. погибло 375 тысяч человек). Это была крупнейшая в Европе со времени Средневековья демографическая катастрофа....

Читать далее

труд

Возможность творчества

Надвратная церковь
Надвратная церковь Иосифо-Волоцкого монастыря
Дорогая редакция, здравствуйте!

Прочла в сентябрьской Кифе №11(133) подборку цитат Г.П. Федотова из его работы «Святые Древней Руси» и порадовалась, поскольку нашла некоторые ответы на вопросы, вставшие передо мной при недавнем посещении Иосифо-Волоцкого монастыря. Я знала, что основой противостояния между «нестяжателями» и «осифлянами» (в транскрипции Г.П. Федотова) была борьба за «начала духовной свободы и мистической жизни» с одной стороны и за «социальную организацию и уставное благочестие» - с другой. И вот мне пришлось побывать в г. Волоколамске и в Иосифо-Волоцком монастыре.

Когда наш экскурсионный автобус уже подъезжал к Волоколамску, наш руководитель, очень чем-то озабоченная, вышла из автобуса и побежала к станции. Чуть позже мы поняли, в чем дело. На территории, прилегающей к монастырю, нам указали на зеленую будочку, стоявшую неподалеку, пояснив, что «удобств на территории монастыря нет». Оказывается, наш руководитель только что пыталась их найти на станции. В двадцатиградусный мороз вопрос об удобствах был не праздным. И тут я подумала, что сам прп. Иосиф, живи он сейчас, наверняка устроил бы все внутри и с евроудобствами, хотя сам он был аскетом и носил почти пудовые вериги.

Когда же я узнала, что сам великий Дионисий был другом прп. Иосифа и даже был женат на его сестре, то подумала, что вот, не было бы больших и великолепных храмов, где бы тогда Дионисий писал свои гениальные фрески? Ведь известно, что монументальная живопись, кроме всего прочего, просто требует больших вложений. Я говорю не о позолоте и куполах, а об иконах и настенной живописи.

Разве нельзя было совместить эти два направления, думала я, ведь разномыслия - это богатство церкви, это признак ее свободы, возможность творчества....

Читать далее

труд

Сегодня и завтра! Ещё можно успеть!

Сто шестьдесят работ Анатолия Зверева

Зверев
Взъерошенный автопортрет. 1955-57 гг.
Я, наверное, и не знала бы об этой выставке, но меня буквально забросали электронными письмами с анонсом. Поэтому я и решила сходить туда сама на разведку, чтобы понять, кого туда стоит, а кого не стоит приглашать. В самом помещении литературного музея я до этого никогда не была, поэтому не очень понятно было, какая будет экспозиция. Когда я очутилась в маленьком двухэтажном особнячке, где в открытом гардеробе нужно самому вешать пальто, на меня дохнуло атмосферой скромного музея где-нибудь в небольшом русском городке, где стоит такая особая тишина, где всё очень скромно, но по-домашнему уютно. Днём в будни посетителей очень мало, поэтому эта особая тишина почти ничем не нарушается. Кажется, что даже разговор шёпотом вести не очень прилично. Зато можно смотреть. В отличие от предыдущей выставки, которая проходила прошлой весной в Доме Нащокина, здесь были представлены его ранние работы 1950-х годов. Известно, что большинство работ Зверева находится в частных коллекциях. Вот и эти работы из собрания семьи Натальи и Геннадия Гольдиных. Все они относятся к тому периоду, когда Анатолий Зверев только-только появлялся на художественном небосклоне Москвы. В основном это небольшие рисунки карандашом или углём. Людей или животных. Совсем немного пейзажей, несколько натюрмортов, портретов почти нет. Работ в красках совсем мало. Сначала я была даже немного разочарована. Но потом, присмотревшись, я по-новому увидела его пейзажи, на которые на прошлой выставке я почти не обращала внимания, поскольку для меня они были затенены портретами. Когда я всматривалась в них, было ощущение рождения чего-то из ничего. И этот непередаваемый дух свободы, который характерен для Зверева. Проведя там какое-то время, я вышла именно с этим ощущением свободы, которое сопровождало меня потом весь день. На следующей неделе я пришла ещё раз вместе со своей знакомой, которая до этого никогда не слышала о Звереве и была, как говорится, «на новенького». Сюда вообще хорошо прийти или одному, или с кем-то, с кем можно просто помолчать, особенно ничего не говоря. За всё время на выставке мы перебросились буквально двумя-тремя фразами. Дух свободы моя знакомая почувствовала. И уходила с впечатлением, что в нас много того, что мешает быть вот такими же внутренне свободными, как Зверев, но есть эта тоска, стремление именно к этому духу, который каждый раз творит всё новое.

Александра Буданова

 Выставка продолжается до 18 марта в Филиале Литературного музея по адресу Трубниковский пер, 17. http://www.goslitmuz.ru

КИФА №3(141), март 2012 года